Женская обувная сеть «ЭКОНИКА» Девелоперская группа «Сити-XXI век» Компания «Рутектор» Компания «Новард Эстейт»
Пресс-центр
Приветствуем Вас в пресс-центре сайта Группы компаний «Новард»!
Мы открыты для журналистов и всех, кто интересуется нашим холдингом.
Главная / / /Андрей Андреевич Илиопуло: «Ответственный бизнес: результат, который трудно измерить в деньгах»

Андрей Андреевич Илиопуло: «Ответственный бизнес: результат, который трудно измерить в деньгах»

Когда в России на государственном уровне была предпринята попытка запретить табачным компаниям участие в благотворительности, споры и обсуждения вокруг довольно мирной темы взорвались с новой силой. Они еще раз со всей очевидностью показали, что пока в нашей стране не проводят четкой границы между «благотворительностью» и «социальной ответственностью», как это уже произошло на Западе.

Многие отечественные компании, работающие на международных рынках, декларируют свою приверженность стандартам КСО. Но насколько эта деятельность адаптирована к российской действительности, нашим традициям и, в конце концов, экономической и социальной специфике?

Наш собеседник полагает, что речь нужно вести, скорее, о собственных стандартах ответственного бизнеса. Эту позицию президент Группы компаний «Новард» Андрей Илиопуло основывает на многолетнем опыте: вместе с партнерами на протяжении вот уже более 20 лет он выстраивает бизнес, ориентируясь на традиции и каноны российских предпринимателей образца дореволюционной России. Мы пригласили его в качестве эксперта, чтобы постараться понять — на каком этапе компания начинает осознавать свою ответственность перед обществом? Где грань между благотворительностью и ответственным бизнесом? Реально ли в принципе создать и развить собственное дело в нашей стране, ориентируясь не только на прибыль, но и на интересы социума?

— Андрей Андреевич, есть мнение, что на этапе start-up, когда предприниматель только начинает дело, его команда полна энтузиазма, дополнительные стимулы, вроде идеи ответственного бизнеса не актуальны. Есть более важная задача — заработать денег, закрепиться на рынке. Тут не до лирики… С Вашей точки зрения, когда, на каком этапе развития перед компанией встает вопрос социальной ответственности?
— Тема ответственного бизнеса должна вставать даже раньше, чем предприниматель зарегистрирует свою компанию. В идеале — на стадии обучения в вузах или МВА. Думаю, тогда многих неприятных процессов в бизнес-среде и экономике в целом могло быть меньше, особенно сейчас, когда дикий капитализм 90-х остался в прошлом. Людям, которые из комсомола советской эпохи попали в рыночные отношения, приходилось самим набивать шишки, искать ответ на непростой вопрос: как и бизнес сделать, и себя не потерять? К поколению предпринимателей, которому сейчас уже больше 40 лет, понимание ответственности бизнеса приходило постепенно. Но времени с тех пор прошло достаточно, чтобы осмыслить пройденный путь и уже сейчас, на современном этапе учить новое поколение предпринимателей цивилизованным основам ведения бизнеса. К сожалению, этого пока нет.

— Уточните — что Вы вкладываете в понятие «ответственность бизнеса»?
— В принципе, то же, что вкладывают авторы методик по корпоративной социальной ответственности: за себя и судьбу своего дела, сотрудников, партнеров, — всех, кто оказывается, так или иначе, связан с вашей компанией. Любой бизнес, как живой организм, соприкасается с миром, влияет на него и меняет общество вокруг. В деловой среде можно вести себя по-разному. Например, один из самых эффективных современных методов расширения бизнеса — рейдерство. Понятно, что в его основе лежат, как правило, обман, противозаконные действия, использование государственного ресурса. Со стоимостной точки зрения — нет вопросов, самый рентабельный бизнес. Рейдер довольно быстро получает большие деньги, но полностью разрушает себя, судьбы людей.
Другой пример — маркетинговая, рекламная политика. Да, она служит простой прагматичной цели — выполнить план продаж. Но достигать ее можно по-разному. Самое простое — сыграть на инстинктах, чтобы привлечь максимум внимания. Это же только бизнес! Но получается, что в воскресенье — вы правильный человек в храме с семьей, но занимаясь бизнесом, играете совсем по иным правилам. Другой вариант — признать, что через свою рекламную кампанию вы влияете не лучшим образом на миллионы людей, в том числе — детей. Поняв это, вы определяете для себя рамки возможного, чтобы играть по одним правилам в жизни и в бизнесе, без всяких двойных стандартов. Знаете, и с такими добровольными ограничениями можно добиться желаемого результата. Вероятно, не так быстро, но зато более ответственно.

— Вы сами играете по честным правилам?
— Все компании Группы «Новард» абсолютно точно осознают, что, хотим того или нет, мы в какой-то мере меняем мир вокруг нас. До идеала еще далеко, но мы к нему стремимся — думаем, дискутируем, пробуем.

— С моральной точки зрения подход «я не буду поступать так, потому что это противоречит моим принципам», вполне оправдан. Но конкуренты в это время не дремлют — создают более агрессивные рекламные политики. Как не отстать?
— За счет профессиональной работы, сплоченной и заинтересованной команды и, безусловно, хорошей репутации. Если, конечно, вы создаете свое дело всерьез и надолго. Ответственный бизнес формирует внутри компании хорошую корпоративную культуру и атмосферу, сотрудники с удовольствием ходят на работу. Отсюда — меньше увольнений, больше отдача. Проверено на собственном опыте: несколько лет назад мы организовали обсуждение корпоративных ценностей и привлекли к нему более 3400 своих сотрудников. В результате поняли простую вещь — для них действительно деньги не являются главным мерилом, им важна идея и ощущение, что они занимаются действительно нужным и полезным делом. Человек более глубок, нельзя его оценивать исключительно с прагматической точки зрения.
Другой пример собственно из бизнеса. Один из построенных нами миниполисов «Строгинский» организован в соответствии с концепцией — не просто жилье, а комфортная гармоничная среда для семьи с необходимой социальной инфраструктурой. Мы решили, что не будем продавать нежилые помещения — только сдавать в аренду, и притом очень разборчиво. В черный список попали вполне легальные пивные бары, специфические клубы, интимсалоны — они не вписываются в концепцию благоприятной социальной среды для развития человека, как физического, так и духовного. Нерационально? Возможно. Мы действительно отказали многим и не получили «быстрых» денег. Долго искали магазины с экологически чистыми фермерскими продуктами, кафе, детские развивающие центры, создавали «соседские» и патриотические клубы, организовали детский театр. В итоге получаем благодарности от жителей Миниполиса®, которые спокойны за своих детей. Информация о благоприятной ситуации и хорошей атмосфере в жилом комплексе распространяется по «сарафанному радио» быстрее рекламы. То есть, в конечном итоге мы остались только в выигрыше.

— Андрей Андреевич, Вы тоже из поколения предпринимателей, для которых бизнес-университетом стала жизнь. Если говорить о КСО, чей опыт оказался наиболее полезен?
— Мы очень внимательно изучали зарубежный и отечественный опыт. На мой взгляд, западная модель в чистом виде у нас может и не прижиться, потому что она чрезмерно прагматична: в основе прибыль и выгода. Гораздо ближе и полезнее для нас стал опыт российских предпринимателей XIX века. К слову, западная модель КСО в том виде, как мы ее знаем, появилась уже после 1917 года и использовала, в том числе, опыт российских предпринимателей. Но вышло так, что, пока наша страна строила социализм и коммунизм, на Западе совершенствовали бизнес, оттачивали самые разные методики и модели, в том числе — в сфере социальной ответственности. В Европе, США и других странах созданы довольно четкие критерии и стандарты КСО, часть которых можно использовать в той модели бизнеса, которую выстраивает, например, наша компания.

— Кстати, какие персоналии запомнились из российской истории больше всего? О ком Вы читали и думали: «Это мое, я хочу, чтобы моя компания стала такой»?
— Предпринимателей, которые могли бы стать примером, в дореволюционной России было много: Рябушинский, Морозов, Абрикосов, Третьяков, Прохоров. Не могу сказать, что хотел бы быть похожим на кого-то: у каждого свой путь. Но в качестве примера осознания ответственности приведу пример Василия Ивановича Прохорова, основателя Трехгорной мануфактуры. Он начинал с крупнейшего пивоваренного завода, который делал прекрасный продукт высочайшего качества. Законы все исполнял, налоги платил, государству помогал, социальную деятельность вел. Но совесть мучила: «Все равно я участвую в процессе, который способствует появлению пивных алкоголиков и потере здоровья»,— так он думал. В итоге Василий Прохоров оставил пивной промысел и занялся ситценабивным делом. Кстати, в Музее предпринимателей-меценатов рассказывают любопытную историю. В 1917 году революционеры пришли на фабрику Прохорова — агитировать рабочих на стачку. Рабочие посмотрели требования: 8-часовой рабочий день, обеды, социальное обеспечение, и говорят — нам незачем выходить на стачку, у нас все это есть и даже больше!
Очень многие предприниматели строили библиотеки при фабриках, родильные дома, действительно заботились о рабочих. Вот здесь, на мой взгляд, корни российской социальной ответственности. В российских «Биржевых ведомостях» XIX века есть заголовок: «Прибыль — превыше всего, но честь дороже прибыли». Очень четко расставлены приоритеты: прибыль — важная, но не основополагающая часть бизнеса. Должны быть и высокие цели. Михаил Павлович Рябушинский писал: «Нашей главной целью была не нажива, а само дело, его развитие и результат. И мы никогда не поступались ни нашей честью, ни нашими принципами, и на компромисс с нашей совестью не шли». Это действительно внутренние убеждения.

— Да, но затем случился перерыв более чем в 70 лет. Многие идеи и их носители были забыты надолго. Сейчас в нашем обществе реально возрождение тех принципов?
— Давайте аккуратнее относиться к истории. С точки зрения чести и достоинства в советское время было сделано тоже немало, сохранялись сильные нравственные установки, но без Бога и веры, которых вычищали 70 лет самым жестоким образом: разрушали церкви, открывали в них заводы и конюшни, устанавливали контроль НКВД. Но откуда более 3 миллионов человек, пришедших поклониться Поясу Божьей Матери? Вывод однозначный: ни за 70, ни за 150 лет корни народа не уничтожишь, а в России они особенно сильны. Так можно ли возродить духовность? Для меня ответ очевиден: без сомнения. Для этого есть мощнейшая платформа генетических, культурных, исторических, духовных корней, которая очень помогает. Многие предприниматели уже сейчас действуют, основываясь на тех принципах.

— Как вы считаете, почему тема КСО настолько активно обсуждается в последнее время? Действительно ли она востребована бизнесом или, скорее — дань моде?
— Вероятно, для одних дань моде, но чаще — свидетельство развития личности предпринимателя. Мы же говорили, что сейчас поколению, которое начинало бизнес в 90-х, перевалило за сорок. Первоначальные капиталы сформированы, жизнь в целом сложилась. И если человек всегда задумывался о том, какова его роль на этой земле, что полезного он может сделать и оставить после себя, он постепенно приходит к принципам социально ответственного бизнеса. Знаете, есть бизнесмены, которые даже не знают термина «КСО», но превосходят некоторые компании, декларирующие верность корпоративной социальной ответственности. Иными словами, методология — лишь второй шаг, и в конечном итоге в России появится свой стандарт ответственного бизнеса.

— Есть компании, для которых социальные проекты стали частью PR-политики. Другие предпочитают их не афишировать. Как Вы считаете, нужно рассказывать о социальных и благотворительных проектах?
— Еще у древних старцев написано: «Делаешь добро — не жди обратной выгоды и об этом не кричи». Добро напоказ пользы не приносит.
Правда, у этой медали есть и вторая сторона. Спросите любую бабушку в деревне, периферийном городе или даже спальном районе Москвы — какие профессии самые нужные и благородные? Уверен, предприниматель окажется на последнем месте, несмотря на то, сколько построено на их деньги храмов и приютов, оказано помощи самым разным социальным учреждениям. Почему? Предприниматели молчат, социальные проекты самым популярным изданиям чаще неинтересны. Так что, истина, как всегда — посередине. Аккуратное, объективное освещение социальной деятельности компаний, без бахвальства и рекламы, необходимо. Многие предприниматели не просто что-то строят, они создают социальные модели, которые уже работают и влияют на наше общество. Их нужно знать, обсуждать и либо корректировать, либо тиражировать.

— Пример назовете?
— Пожалуйста. Есть интересный проект «Добрый интернет». Он позволяет фильтровать информацию, которую дети получают из сети. Сейчас интернет — колоссальный инструмент, влияющий на сознание, который способен создавать серьезные проблемы: дети получают такую дозу информационных наркотиков, что порой родителям сложно их вернуть на правильные рельсы. Я считаю, об этой инициативе нужно рассказывать, развивать в регионах.

— И все-таки хотелось бы вернуться к теме желаемого и возможного. Часто в деловом сообществе можно услышать мысль о том, что по-настоящему во всем придерживаться принципов ответственного бизнеса невозможно. Это действительно так?
— Давайте определим критерии достижимого: мир во всем мире или все-таки в основе ответственности лежат принципы, которые помогут, пусть и не сразу, прийти к возможному идеалу? Другая крайность — быстро заработать денег, не руководствуясь вообще никакими принципами.
Есть два типа компаний: создаваемые на продажу и строящиеся навечно. Если вы строите бизнес на века, не нужно считать потерей времени создание долгосрочных механизмов или проектов, которые через 2-3 года или 5 лет принесут пользу и самому бизнесу, и его рентабельности. В конечном итоге, один из основных показателей действительно ответственного бизнеса — качество продукта. Если компания пять лет вкладывает деньги в совершенствование своих продуктов, она становится лучшей на рынке в своей области, покупатель голосует за нее рублем. Тот, кто быстро сорвал куш в первые два года, может исчезнуть с рынка уже через пять лет, потому что ставил перед собой краткосрочные цели. Таких примеров на рынке много.

— Способна ли государственная поддержка стимулировать КСО? Например, Вы — что бы хотели получить от государства?
— Если вы имеете в виду льготы, такую цель мы перед собой не ставим. Мне кажется, есть доля лицемерия, когда ты строишь ответственный бизнес, потому что это дотируется. Впрочем, со стороны государства стимулирование процесса необходимо. Мы, прежде всего, хотели бы получить идейного союзника. Если те ценности, которых мы придерживаемся, совпадают с государственной политикой, уже хорошо. В этом случае можно выстраивать полноценный диалог, говорить с чиновниками на одном языке.

— Если резюмировать, то для любой компании наступает время, когда необходимо выстраивать отношения с сотрудниками, партнерами, клиентами и обществом на принципах социальной ответственности. Вы, опираясь на свой опыт, что посоветуете коллегам, которые об этом только задумываются?
— В первую очередь, вспомнить родную историю и свои корни — в них можно почерпнуть удивительное количество ярких примеров, которые применимы в современном бизнесе. Во-вторых, нужно следовать внутренним побуждениям, а не моде. Нужно понять, что бизнес — это не только и не столько деньги, должны быть более высокие цели. Тогда путь к ответственному бизнесу станет открытым и понятным.

— Видите ли Вы перспективы для развития темы социальной ответственности?
— Бурное развитие идет, более того — происходит обобщение опыта, даже диссертации появляются. Это тренд в хорошем смысле слова. Заинтересованные люди собираются на конференциях и круглых столах. Предприниматели, которым тема КСО не безразлична, у кого совесть на месте, задаются вопросом — как вести бизнес и при этом оставаться человеком? Вы сами говорили, что некоторые находят непримиримые противоречия, но я считаю — оптимальная модель и достижение баланса возможно.

— Но для этого нужны серьезные инвестиции. Они окупятся?
— Ответственная деятельность, особенно когда в нее вовлечены сотрудники компании, сразу начинает давать результат. Сначала — в укреплении корпоративной солидарности и благоприятной атмосферы. Когда люди увидят, что вы даете возможность участвовать в добрых делах не на показ, а следуя осознанной стратегии компании, вы получите хороший отклик. Последний пример — дни рождения корпорации, которые мы отмечаем регулярно, каждый раз в новом формате. Как-то организовали благотворительную лотерею в пользу подшефного детского дома-интерната, куда наша волонтерская группа регулярно ездит преимущественно с программами социализации ребят. Каждый наш сотрудник мог купить лотерейный билет и выиграть приз — поделки или рисунки наших подшефных. Знаете, интерес к этой акции был многократно выше, чем к традиционным праздникам. Для меня это результат, который трудно измерить в деньгах…

Источник: ОПОРА-СОЗИДАНИЕ